Статьи

Резонансные цепочки и их значение в ВРТ-БРТ. Попытка аналитического подхода, 2010г.

К.Н. Мхитарян

(Центр «ИМЕДИС», г. Москва, Россия)

Введение

Понятие резонансной цепочки является одним из основополагающих понятий в сочетанном методе ВРТ- БРТ, и, в то же время, одним из наименее раскрытых понятий.

Напомним, что резонансной цепочкой (РЦ) называется последовательность тест -указателей BPT T1, Т2,…Тn, для которой выполнено ВРТ- условие:

T1↓+T2 ↑ +…+ Tn             (1.1)

если n = 2k, т.е. последовательность содержит четное число тест – указателей и

T1 ↑+ Т2 ↓+… +Тn↓,        (1.2)

если n = 2k + 1, т.е. число тест-указателей в последовательности нечетно.

Здесь используются обозначения:

  • T 1 тест-указатель T вызывает вегетативный резонанс (снижение измерительного уровня) в организме пациента,
  • T + T’ ↑ – тест-указатель T’ устраняет («компенсирует») вегетативный резонанс (снижение измерительного уровня) вызванный тест – указателем Т.

Обозначение T ↕, означает, что тест-указатель T не вызывает вегетативного резонанса в организме пациента.

Следует различать результаты измерений

T ↓ + T’ ↑ и (Т + T’ ) ↑,

поскольку они не совпадают, если не выполнено условие T↓.

Термин «вегетативный резонанс» используется как сокращение для полного термина «прямой вегетативный резонанс» в смысле [1], т.е. реакции организма на тест – указатель в виде изменения сопротивления на точке измерения (TИ).

Для обозначения реакции организма на тест-указатель Т, состоящей в том, что сопротивление на точке измерения при введении этого тест – указателя в измерительный контур не изменяется, но изменяется набор тест – указателей, вызывающих (прямой) вегетативный резонанс в организме пациента, при фильтрации через указатель Т, в соответствии с [1] используется термин «опосредованный вегетативный резонанс».

Для РЦ с четным числом тест – указателей использовалось также название «псевдо прозрачный маркер» [2].

Далее, для единообразия, такие РЦ называются еще «псевдо прозрачными тест – указателями».

Обозначение Сп(РЦ) используется для списка тест- указателей {T1, Т2,…, Тn} входящих в РЦ T1 + Т2 +…, но рассматриваемых вне их взаимосвязи.

Там, где это не может вызвать неоднозначности изложения, использованы одинаковые обозначения для составного тест – указателя

T = T1 + Т2 +…+ Tk и

РЦ им определяемой, т.е. обозначение

T = T1 ↓ + Т2 ↑ + …

использовано в случае, когда имеется ввиду тест – указатель T1 + Т2 +… + Tk .

Резонансная цепочка T1↓ + Т2 ↑ +… называется коммутативной, если любая перестановка тест – указателей в ней – изменение последовательности включения в нее тест – указателей – вновь порождает резонансную цепочку.

Большое количество, если не большинство, резонансных цепочек, возникающих в практике измерения методом BPТ коммутативны.

Очень часто понятие РЦ отождествляется с понятием патофизиологической цепочки (ПФЦ), что представляет собой методологическую неточность.

Дело в том, что понятие патофизиологической цепочки является физиологическим понятием и обозначает причинно – следственную связь между различными проявлениями единого патофизиологического процесса в организме [3-5, 6].

Например:

  • проявление патологических симптомов и синдромов в одном органе зависят от течения патофизиологического процесса в другом.

Примерами такой причинно-следственной связи являются аллергии, или кожные заболевания, проявления которых зависят, в действительности, от состояния кишечника, печени и желчного пузыря пациента;

  • проявления повреждающей деятельности одного инфекционного агента зависят, в действительности, от проявлений деятельности другого инфекционного агента.

Примерами являются: развитие «оппортунистических инфекций» при целом ряде вирусных заболеваний, от пневмококков при гриппе до гепатита D при наличии в организме пациента гепатита В и множественных оппортунистических инфекций при СПИДе;

  • проявления патофизиологических симптомов в целом ряде тканей органов и систем зависят в действительности от нарушения процессов на уровне центрального нейро – иммуно – эндокринного управления.

Примером является появление многочисленных, в том числе специфических, нозологий после стресса, т.е. психосоматические расстройства.

Важно отметить, что в рамках общей концепции «патофизиологической цепочки» тип причинно – следственных связей между различными проявлениями патологического процесса в организме пациента не фиксируется, – допускаются самые различные формы зависимости одних проявлений этого процесса от других.

Это соответствует и контексту и методологии, в которых понятие «патофизиологической цепочки» используется в патофизиологии.

Напротив, понятие резонансной цепочки (РЦ) является понятием, заимствованным из теории и практики определенного метода электропунктурной диагностики, а именно – метода ВРТ, и представляет собой явление, возникающее в процессе последовательных измерений набора тест – указателей T1…Tn и состоящее в связи (зависимости) между результатами этих измерений выражаемой формулами (1.1) или (1.2).

Изначально понятию РЦ не соотнесено никакого патофизиологического значения.

Для того, чтобы интерпретировать РЦ как отображение некоторой ПФЦ необходим дополнительный постулат, который можно сформулировать следующим образом:

Основной постулат взаимодействия тест – указателей (ОПВТ).

Изменение результатов BPT-измерения при переходе от тестирования маркера T к маркеру T + T’ отражаемое формулами:

T↓ + Т’↑,                               (1.3)

Или

T↑ + Т’↓                                 (1.4)

в зависимости от того, выполнено ли BPТ – условие T ↓ или T↑ отражает причинно-следственную связь между компонентами единого патофизиологического процесса в организме пациента, выявляемыми с помощью тест – указателя T и тест – указателя T’.

В частности, подставляя вместо T сумму тест – указателей T = T1 + Т2 +…+ Т(n-1), а вместо T’ последний из них T’ = Tn, получаем, при последовательном возрастании n (и проявлении феномена «чередования» положительных и отрицательных результатов ВРТ – измерения), резонансную цепочку (РЦ) с точки зрения теории измерений ВРТ, и, в то же время, ее интерпретацию как отображение патофизиологической цепочки (ПФЦ) в организме пациента.

Отдельные компоненты этой патофизиологической цепочки отражаются тест-указателями T1, Т2, … Tn, входящими в резонансную цепочку.

Две методологические неполноты имеются в последнем рассуждении.

1. Во-первых, не уточнена природа (тип) причинно – следственной связи между тест-указателями T и T’.

Использование концепции ПФЦ в системной физиологии основано на представлении о произвольной природе причинно-следственных связей между звеньями ПФЗ, которая может изменяться от звена к звену такой цепочки.

В то же время единая форма проявления феномена связывания двух тест – указателей T и T’ в резонансную цепочку T ↓ + T’ ↑, предполагает также и единую природу причинно-следственной связи, им отражаемую.

Однако на современном этапе развития BPT единая природа причинно-следственных связей между различными звеньями РЦ не выявлена.

Поэтому в практике ВРТ-БРТ используются подходы, в которых разные по порядку звенья одной и той же РЦ или одинаковые по порядку звенья разных РЦ, выявленных в процессе диагностики, интерпретируются как отражающие разные типы причинно – следственных связей в организме [4], [5].

Для реализации любого такого подхода необходимы дополнительные (по отношению к ОПВТ) постулаты, в общем случае задающие тип причинно-следственной связи для каждой пары соединенных в РЦ тест – указателей T и T‘, принадлежащих списку измерения (!).

Фактически, задать по – отдельности причинно-следственную связь между каждой парой тест – указателей, принадлежащих сколько – нибудь обширному списку измерения – невозможно.

Это обстоятельство является причиной возникновения различных интерпретационных моделей РЦ.

В каждой такой модели все тест – указатели разбиваются на группы.

Тип причинно-следственных связей, отражаемый соединением двух тест – указателей T и T в РЦ, задается для каждой пары групп, которым принадлежат тест – указатели T и T .

При этом типы причинно – следственных связей отражаемые тест – указателями из различных групп, фиксируются изначально умозрительно – в соответствии с предположениями авторов модели о том, на что указывают и как взаимодействуют эти тест – указатели.

Эффективность полученной интерпретации проверяется в клинической практике.

Из моделей интерпретации РЦ наиболее известны:

  • базовая модель интерпретации РЦ, разработанная Ю.В. Готовским и соавторами. Эта модель является частью базового алгоритма сочетанного использования BPT и БРТ[6];
  • класс альтернативных моделей интерпретации РЦ, основанных на моделировании биохимического состояния тканей, органов и систем в организме пациента.

Модели из этого класса являются составными частями альтернативных алгоритмов сочетанной диагностики и терапии с помощью BPT- БРТ [7-8].

Например, в базовой модели интерпретации РЦ [6] все тест – указатели подразделяются на четыре основные группы:

  • указатели основных проблем в организме;
  • указатели локализации патологического процесса;
  • указатели этиологии и/или конкретной нозологической формы заболевания;
  • указатели эффективной терапии.

Для пар тест – указателей из указанных 4-х групп в общей сложности должно быть задано (4×4) = 16 типов причинно-следственных связей, отражающих объединение этих тест – указателей в РЦ.

Фактически в модели задаются 4 причинно-следственные связи, совпадающие с качествами групп тест – указателей:

  • «существования основной проблемы»;
  • «локализации»;
  • «этиологии и/или нозологической принадлежности»;
  • «эффективности для терапии».

Каждый тест-указатель в паре рассматривается как носитель причинно-следственной связи, отраженной его принадлежностью к одному из выделенных классов.

Для исключения разночтений РЦ, в которых тест – указатели выставлены не в перечисленном выше порядке исключаются, т.е. нельзя, например, вначале выставить тест-указатель, соответствующий «эффективности терапии», а потом – тест-указатель, соответствующий локализации.

В качестве примера в работе [6] рассматривается постановка диагноза «аденома щитовидной железы, вызванная геопатогенным отягощением», исходя из следующих РЦ, выявленных в процессе тестирования:

Silicea D60 ↓+ ОСП «Щитовидная железа D4»↑       (1.5.1)

ОСП «Щитовидная железа D4» ↓ + Нозод «Аденома щитовидной железы»↑ (1.5.2)

Нозод «Аденома щитовидной железы» ↓+ Частотный препарат 6,2 Гц ↑. (1.5.3)

В соответствии с комментарием авторов указанной работы:

  • компенсация тест – указателя «Silicea D60» с помощью тест – указателя ОСП «Щитовидная железа D4» интерпретируется так, что щитовидная железа является органом мишенью для геопатогенной нагрузки;
  • компенсация тест – указателя ОСП «Щитовидная железа D4» тест – указателем Нозод «Аденома щитовидной железы» так, что заболевание, протекающее в щитовидной железе –  доброкачественное новообразование аденома;
  • компенсация тест – указателя  «Нозод Аденома щитовидной железы» тест – указателем «Частотный препарат 6,2 Гц»  так, что указанным частотным препаратом можно осуществлять терапию аденомы щитовидной железы у данного пациента.

Таким образом, для интерпретации одного и того же измерительного феномена в различных РЦ используются различные предположения о природе причинно – следственной связи между первым и вторым звеньями этих цепочек.

При этом характер этих причинно – следственных связей определяется умозрительно, исходя из дополнительных предположений о природе тест – указателей, входящих в эти РЦ.

В том случае, если бы рассматриваемый в работе [6] диагноз был поставлен исходя из единой РЦ:

Silicea D60 ↓ + ОСП «Щитовидная железа D4» ↑ + Нозод «Аденома щитовидной железы» ↓ + Частотный препарат 6,2 Гц ↑,                                                 (1.6)

возникла бы аналогичная ситуация.

Каждое последующее звено рассматриваемой резонансной цепочки интерпретировалось бы как отражающее причинно – следственную связь нового (по отношению к предыдущему звену) типа.

Причем, характер этой связи определялся бы исходя из дополнительных предположений о взаимодействии тест – указателей входящих в РЦ, но не из структуры измерения.

2. Во-вторых, в силу самой измерительной схемы, используемой для построения РЦ,  причинно – следственная связь между тест – указателями, выявляемая в процессе измерения, возникает между тест – указателями T u T’, связанными формулами (1.3) или (1.4), а следовательно лишь между тест – указателями T1 + Т2 +… + Т(п-1) и тест – указателем Tn, а не между тест – указателями Т(п-1) и Tn, как это обычно предполагается.

Например, в работе [6], в предположении, что диагноз поставлен по РЦ (1.6), можно говорить о причинно – следственной связи между составным тест – указателем

T= Silicca D60 ↓+ ОСП «Щитовидная железа D4»↑ + Нозод «Аденома щитовидной железы» ↓ и тест-указателем T’ = частотный препарат 6,2 Гц ↑,

но не о связи между простыми тест-указателями диагноза и эффективным препаратом для терапии, описанной РЦ (1.5.1)-(1.5.3).

Если РЦ, использованная для постановки BPT- диагноза, коммутативна, то переставляя ее члены можно вынести любой ее член на последнее место. Подходящим образом сформировав группу «препаратов, эффективных для терапии», можно лечить пациента с ВРТ-диагнозом, поставленным по коммутативной РЦ, любым из препаратов в нее входящим.

Ho тогда ценность коммутативной РЦ падает до нуля – ее можно заменить любым входящим в нее тест – указателем.

Ценными являются лишь не коммутативные РЦ, но в рамках известных моделей отсутствуют алгоритмы их построения.

Эффективность предложенных моделей интерпретации РЦ подтверждена клиническими исследованиями [6-8].

Однако имеется и ряд недостатков, присущих всем им:

1) Для описания причинно-следственных связей, отображаемых РЦ, необходимо дополнительно знать, которой из групп, используемых в рассматриваемой модели интерпретации РЦ, принадлежит каждый входящий в эту РЦ тест-указатель.

В случае, если тест – указатель, входящий в РЦ, не принадлежит никакой из указанных групп (такими препаратами являются, в частности, СДА, эволюционные программы, препараты регенерации тканей, электронные записи графических изображений и т.п.) интерпретировать полученную РЦ, строго говоря, невозможно.

Например, предположим, что цепочка (1.5.3) пополнена дополнительными звеньями:

Нозод «Аденома щитовидной железы» ↓ + «Частотный препарат 6,2 Гц ↑ + «Животворящий крест» ↓+ «Регенерация трепанга, интегральный уровень 2»↑               (1.7).

Тогда последнюю цепочку уже нельзя интерпретировать в рамках базовой модели интерпретации РЦ, описанной в [6], если только не ввести новые группы тест – указателей с новыми интерпретациями или не приписать новые тест – указатели старым группам.

2) Один и тот же информационный препарат может принадлежать различным группам, используемым в рассматриваемой модели интерпретации РЦ, а потому как его значение, так и причинно-следственные связи, отображаемые этой РЦ, могут изменяться в зависимости от того, к какой из групп используемых в рассматриваемой модели интерпретации РЦ он причислен.

Например, все в том же примере (1.5.3) возникают два толкования:

  • либо аденома щитовидной железы эффективно лечится с помощью «Частотного препарата 6,2 Гц», если последний тест-указатель рассматривается как эффективный для терапии, а первый – как определитель нозологии;
  • либо (в силу перестановочности соседних звеньев в РЦ) геопатогенная нагрузка – в качестве тест – указателя которой может рассматриваться «Частотный препарат 6,2 Гц» эффективно лечится с помощью нозода «Аденомы щитовидной железы», если первый тест-указатель в цепочке с переставленными звеньями рассматривается как указатель проблемы организма, а второй – как эффективный препарат терапии.

2. Цель работы

  1. Дать определение причинно – следственной связи единого типа, возникающей между звеньями РЦ и не зависящей от дополнительных предположений о взаимодействии входящих в нее тест – указателей.
  2. Сформулировать, на основании предложенного определения (причинно – следственной связи единого типа между звеньями РЦ) общие принципы алгоритма BPT- обследования и построения оптимального сигнала терапии пациента, общие для всех известных автору моделей интерпретации РЦ и терапии с их использованием.

3.Некоторые предварительные предположения и интерпретации

Невозможно построить интерпретационную модель, не сделав предварительных предположений.

Наши предварительные предположения, подробно изложенные в [9], сводятся к следующим:

1. Всякий управляющий сигнал, в частности, сигнал терапии, будучи введен в организм пациента, вызывает в нем адаптивную реакцию.

Природа этой реакции состоит в адаптации организма к некоторому дополнительному условию само осуществления, информацию о котором несет этот управляющий сигнал.

2. Организм обладает способностью символического моделирования адаптивной реакции, развивающейся в нем под действием управляющего сигнала.

Результатом этого моделирования является символическое опережающее отражение организмом того состояния, в котором он будет находиться, когда адаптивная реакция полностью в нем разовьется.

3.  Результат символического моделирования организмом состояния после развития адаптивной реакции, развивающейся в нем под действием управляющего сигнала, репрезентируется им, как изменение результатов ВРТ- измерений.

А именно:

  • результат непосредственного измерения некоторого тест – указателя отражает непосредственное состояние организма, в момент измерения;
  • измерение того же тест – указателя с фильтрацией через некоторый управляющий сигнал отражает результат символического моделирования организмом состояния, возникающего в нем после развития адаптивной реакции под действием этого управляющего сигнала.

4. В частности:

  • с помощью некоторой совокупности прямых или опосредованных ВРТ- измерений каждое заболевание организма может быть представлено в виде группы тест – указателей, вызывающих вегетативный резонанс в нем.

Каждый из этих тест- указателей может рассматриваться, как (частичная) BPT-модель идентифицируемого с их помощью заболевания.

Совокупность всех таких тест- указателей (принадлежащих «интерфейсу» – списку тест – указателей, выбранных для проведения измерений) естественно называть полной BPT- моделью рассматриваемого заболевания (в выбранном «интерфейсе»);

  • при фильтрации совокупности тест – указателей ВРТ- моделей заболевания через предположительный сигнал терапии организм моделирует состояние выздоровления. В этом случае группа тест – указателей – выявленная BPT- модель заболевания организма – при фильтрации через него не тестируется (частично или целиком, в зависимости от эффективности подобранного сигнала).

Сам сигнал терапии, при этом, может быть полупрозрачным;

  • если при фильтрации через предположительный сигнал терапии выявляется новая группа тест – указателей, вызывающих вегетативный резонанс в организме, то эту группу естественно рассматривать как ВРТ- модель заболевания, развивающегося в этом организме при условии его терапии рассматриваемым сигналом, т.е. как ВРТ- модель «цены за адаптацию» к этому сигналу.

  4. Единая интерпретация причинно-следственной связи между предыдущим и последующим звеньями РЦ

Исходя из положений 3.1-3.4, предлагается следующая модель интерпретации псевдо прозрачных маркеров, а также единой, не зависящей, от дополнительных предположений о природе входящих в нее тест – указателей, причинно-следственной связи в РЦ:

1. РЦ, включающая в себя единственный тест – указатель T (возможно – составной), интерпретируется как ВРТ- модель:

  • компенсирующей терапии, если выполнено BPT- условие T ↑, т.е. тест-указатель T- полупрозрачный, не вызывает прямого вегетативного резонанса в организме тестируемого.

Компенсированным при такой терапии считается сам тест-указатель Т.

  • не компенсирующей терапии, если выполнено BPT- условие T ↓, т.е. указатель T вызывает прямой вегетативный резонанс в организме тестируемого.

2. Тест-указатель T’ = Т(2k +1), входящий в РЦ

T1+ Т2 ↑ +… + Т2k ↑ + Т(2k +1),

состоящую из нечетного числа звеньев, интерпретируется как BPТ-модель «цены за адаптацию», выплачиваемой организмом в результате компенсирующей терапии сигналом

T = Tl ↓+ Т2 ↑+… + T2k ↓.

3. Тест-указатель T’ = T2k, входящий в РЦ

T1 ↓ + Т2 ↑ +… + Т2к ↑,

состоящую из четного числа звеньев, интерпретируется как ВРТ- модель эффективного сигнала терапии компенсирующего заболевание организма, BPT- моделью которого является РЦ

Tl ↓+ Т2 ↑ +… + Т(2k-1) ↓

Замечание 1.

В частности, в соответствии с п.1.:

  • РЦ, состоящая из четного числа звеньев, т.е. составной псевдо прозрачный тест-указатель

T↓=T1 ↓+Т2 ↑+… + T2k ↑ k > 0       (4.1)

может быть интерпретирована как ВРТ- модель сигнала компенсирующей терапии.

Компенсированными считаются как любой тест – указатель Ti , 1 < I < 2k, принадлежащий рассмотренной цепочке, так и любая комбинация таких тест – указателей.

  • РЦ, состоящая из нечетного числа звеньев, т.е. составной тест-указатель

T↓=T1↓, + Т2 ↑ +… + Т2k ↑ + Т(2k + I) ↓, k > 0   (4.2)

может быть интерпретирована как ВРТ – модель сигнала не компенсирующей  терапии, причем не компенсированным считается тест-указатель Т(2k + 1), отражающий, в соответствии с п. 2, «цену за адаптацию», выплачиваемую организмом при терапии этим сигналом заболевания, ВРТ- моделью которого является РЦ T1 ↓ + Т2 ↑ +… + T2k↑.

В том случае, когда РЦ T ↓ коммутативна (частично коммутативна), в качестве указателя «цены за адаптацию» может, разумеется, рассматриваться любой тест – указатель Tj, который может быть переставлен на последнее место.

Замечание 2.

Отметим принципиально дуальный характер интерпретации любой РЦ (и вообще любого тест – указателя), возникающий при отказе от использования дополнительной информации о его природе: каждый такой тест-указатель является, одновременно и ВРТ- моделью некоторого заболевания, и ВРТ- моделью сигнала его терапии.

Эту дуальность нельзя обойти: она вытекает из того, что и заболевание, и терапия представляют собой с точки зрения BPT один и тот же тип процессов в организме – некоторые адаптивные реакции в нем.

Замечание 3.

Удобно пополнить интерпретации 1-3 дополнительным представлением о том, что:

  • при введении в организм сигнала компенсирующей терапии в нем развивается компенсирующая (этот сигнал или любую его составную часть) адаптивная реакция;
  • при введении в организм сигнала не компенсирующей терапии в нем развивается не компенсирующая (этот сигнал или любой входящий в него и переставляемый на последнее место в нем тест-указатель) адаптивная реакция.

Таким образом, в рамках предлагаемой модели интерпретации, причинно – следственная связь между последовательными звеньями РЦ оказывается независимой от дополнительных предположений о природе действия входящих в нее ИП, однако зависит от «четности», с которой тест-указатель входит в цепочку.

Отметим, что так же, как и любая иная модель интерпретации, модель интерпретации результатов BPT- измерений, заданная положениями 1- 3, не может быть в строгом смысле обоснована формально.

Возможно лишь проверить их клиническую эффективность, в частности, в тех случаях, когда предшествующие модели интерпретации недостаточно эффективны.

Вместе с тем, приведенные модели интерпретации являются непосредственными следствиями предположений 1-4 о природе и свойствах ВРТ- измерений.

   5. Общие особенности проведения BPT и БР Т в различных системах (школах) диагностики и терапии методом ВРТ-БРТ

Независимо от используемой модели интерпретации результатов BPT (базовая модель Ю.В. Готовского, альтернативные биохимические модели и т.д.) во всех известных автору системах сочетанного применения ВРТ- БРТ [6-9]:

1. В качестве сигнала терапии, как правило, используются псевдо прозрачные маркеры, тем или иным (зависящим от используемой системы) способом полученные из BPT – диагноза пациента.

Примерами таких сигналов терапии являются частные и общие биорезонансные препараты по Ю.В. Готовскому [6], «промежуточные» биорезонансные препараты, построенные путем компенсации РЦ моделирующих биохимическое состояние органа [7, 8], хроносемантические препараты и препараты – Ц-отклики [1].

2. Для оценки эффективности сигнала терапии используются результаты опосредованного ВРТ, а именно, проверяется тот факт, что список тест – указателей, являющийся ВРТ- моделью заболевания, не тестируется при фильтрации через этот сигнал.

3. Для оценки отдаленных результатов лечения также используется опосредованный ВРТ, а именно, проверяется тот факт, что при фильтрации через сигнал терапии не тестируется одиночный или группа тест – указателей, используемые для оценки системных ресурсов организма.

Примерами тест – указателей, используемых для оценки системных ресурсов организма, являются: тест – указатели высоких и низких биологических индексов, низких групповых уровней здоровья и низких ресурсов адаптации в базовой системе интерпретации BPT [6].

Эти общие для всех алгоритмов сочетанного использования ВРТ- БРТ особенности построения и оценки эффективности сигнала терапии позволяют найти практические применения, предложенной модели интерпретации РЦ, в каждом из них.

В настоящей работе мы ограничимся лишь применением этой модели интерпретации к базовой модели сочетанного применения ВРТ-БРТ, разработанной Ю.В. Готовским с соавторами.

6.Базовая модель ВРТ-БРТ и ее расширение

Использование предлагаемой модели интерпретации результатов ВРТ- измерений позволяет существенно (притом – естественным образом, не вступая в противоречия с понятиями и концепциями исходной модели) расширить базовую модель сочетанного использования ВРТ- БРТ:

1. Рассматривать в ее рамках произвольные информационные препараты, не принадлежащие одной из основных четырех групп, описанных в [6].

Действительно, в рамках этой модели по отношению к любому ИП, входящему в интересующие врача дополнительные группы (СДА, судьбологические препараты, сигналы омоложения и регенерации, эволюционные программы, суммарные сигналы микроакупунктурных систем, и другие), возможно определить:

  • может ли он рассматриваться как ВРТ- модель «цены за адаптацию» в условиях терапии пациента заданным сигналом компенсирующей терапии;
  • может ли он рассматриваться как ВРТ – модель эффективного сигнала терапии, компенсирующего заболевание организма, ВРТ- модель которого представлена в виде РЦ

T1 ↓ + Т2 ↑+… + T(2k-1) ↓

Знания этих двух свойств ИП достаточно, чтобы эффективно использовать его для терапии в рамках базовой модели ВРТ- БРТ, без дальнейшего уточнения его специфических групповых свойств и специфических причинно-следственных отношений, в которые он вступает с другими ИП при вхождении в некоторую РЦ.

2. Произвольным образом менять порядок включения тест – указателей из 4-х основных и произвольного количества вспомогательных групп в диагностическую цепочку, не разрушая корректности ее интерпретации.

Действительно, независимо от того, каков будет порядок тест – указателей в построенной РЦ, будет ли он совпадать с рекомендованным в базовой модели или нет, для каждой такой РЦ возможно:

  • определить, является ли она моделью компенсирующей или не компенсирующей терапии;
  • для каждого (в том числе входящего в нее) тест – указателя определить, является ли он ВРТ- моделью «цены за адаптацию», или «эффективного сигнала терапии» по отношению к любой части этой РЦ, состоящей из четного, соответственно, нечетного числа тест – указателей.

Знания указанных свойств цепочки и фильтруемых через нее тест – указателей достаточно для построения оптимального сигнала терапии.

3. Установить иерархию качества сигналов компенсирующей терапии.

Для каждого сигнала компенсирующей терапии Т, и фиксированного списка SP тест – указателей, из которого выбираются все тест – указатели для проведения измерений, обозначим через C(T) = С(Т, SP) множество всех тест – указателей из списка SP, являющихся ВРТ- моделями «цены за адаптацию», выплачиваемой организмом при терапии сигналом

T ↑,

т.е. таких, что

T ↓ + С↑

если С принадлежит C(T).

Будем говорить, что сигнал компенсирующей терапии T сильнее (строго сильнее) сигнала компенсирующей терапии T’ на фиксированном списке SP, если множество тест – указателей

C(T) = С(Т, SP)

включено (строго включено) в множество тест – указателей

С(Т’ ) = С(Т’ , SP).

Очевидно, что так определенное отношение силы является частичным упорядочением как на множестве всех возможных компенсирующих сигналов терапии, так и на множестве компенсирующих сигналов терапии для любого заболевания, для которого задана его ВРТ – модель М, – список тест – указателей из SP, его моделирующих [1].

Аналогично для каждого сигнала не компенсирующей терапии T и того же списка SP, тест – указателей, из которого выбираются все тест – указатели для проведения измерений, обозначим через

D(T) = D(T, SP)

множество всех тест – указателей из списка SP, являющихся эффективными сигналами терапии для заболевания с моделью T , т.е. таких, что

T ↓ + D ↑,

если D принадлежит D(T).

Будем говорить, что сигнал не компенсирующей терапии T сильнее (строго сильнее) сигнала не компенсирующей терапии T’ , если множество тест- указателей

D(T) = D(T, SP)

включено (строго включено) в множество

              D(T’ ) = D(T’ , SP).

Так определенное отношение силы также является отношением частичного упорядочения, как на множестве всех возможных не компенсирующих сигналов терапии, так и на множестве не компенсирующих сигналов терапии для любого заболевания, для которого задана его ВРТ – модель М.

Для дальнейшего изложения:

  • фиксируем список тест – указателей SP (это могут быть, например, все тест – указатели, содержащиеся в текущей версии электронного селектора), и не будем более к нему возвращаться;
  • ограничимся только теми сигналами терапии Т, которые являются резонансными цепочками.

Справедливы следующие утверждения:

  • если множество РЦ – сигналов компенсирующей терапии T(M), заболевания, с ВРТ – моделью M не пусто, то существует наиболее сильный из этих сигналов.

Наиболее сильный сигнал компенсирующей терапии Т*(М) не обязательно является единственным;

  • наиболее сильный сигнал компенсирующей терапии Т*(М) (один из этих сигналов) может быть получен из некоторого начального компенсирующего сигнала терапии To(M) следующим образом:

А. Выбирается начальный сигнал компенсирующей терапии To(M) – резонансная цепочка, компенсирующая М.

Б. Строится множество  С(То(М)).

Если С(То(М)) пусто, то  Т*(М) = To(M).

Предположим, что это множество не пусто.

В. Выбирается некоторый тест-указатель Co из С(То(М)).

Строится сигнал не компенсирующей терапии To(M) + Co.

По построению (To(M) + Co)↓, или, что то же, T0(M)↑ + C0↓.

Г. Строится множество  D(To(M) + Co).

Если D(To(M) + Co) пусто, то вновь Т*(М) = To(M).

Предположим, что D(To(M) + Co) не пусто.

Д. В этом случае, можно выбрать сигнал эффективной терапии Do, такой что

To(M)↑ + Co↓ + Do↑ = Ti.

Е. Будем повторять процедуру А-Д для сигналов компенсирующей терапии

Tk , k = 1, 2,….

Отметим, что тест – указатель Tk содержит не менее, чем m( То) + 2k тест – указателей из SP.

В силу конечности списка SP, процедура построения сигналов терапии Tk рано или поздно оборвется.

Последний из сигналов Тк является наиболее сильным из сигналов компенсирующей терапии заболевания с ВРТ – моделью М, т.е.

Т*(М) = Тk.

Пилотные эксперименты, проведенные автором, показали, что:

  • процедура построения наиболее сильного из сигналов равновесной терапии, для заболевания с ВРТ- моделью М, быстро сходится (быстро обрывается) и дает сигнал, для которого С(Тк(М)) пусто, или по крайней мере, невелико, если в качестве начального сигнала равновесной терапии использовать резонансную цепочку

KMX + Σ (M)↑

где Σ (M) – сумма тест – указателей из ВРТ- модели заболевания,

KMX – комплексный маркер хроносемантики.

В качестве частного случая такой процедуры может рассматриваться процедура выбора ключевого (с точки зрения терапии) органа, который в этом случае предлагается выбирать через KMX (метод используется в MЦИT «Артемида»);

  • в том случае, когда в качестве ВРТ- модели заболевания пациента рассматривается его конституция, быструю сходимость и малую группу C(TK(M)) дает использование в виде начального сигнала равновесной терапии резонансной цепочки

KMX + КГП ↑,

где КГП – конституциональный гомеопатический препарат, подобранный, например, с помощью делюзионного теста.

4. При необходимости расширять ту или иную основную группу тест – указателей, изменяя, по необходимости, общую интерпретацию тест – указателей из этой группы, но не изменяя общей структуры интерпретации теста.

Удобнее всего пояснить этот пункт на примере.

Основная группа «указателей проблемы в организме пациента» может быть расширена до группы «указателей текущего патогенеза в организме пациента».

Тест – указателями в этой последней являются всевозможные гомеопатические препараты.

При этом, общая структура предлагаемой модели интерпретации BPT не изменится.

5. Последовательно развивать концепцию «виртуального ВРТ», сформулированную в [9].

В соответствие с этой концепцией, в результате проведения BPT определяется не реальное состояние организма, а то, как он моделирует это состояние.

В частности, те или иные группы болезнетворных агентов (вирусов, бактерий, грибков, паразитов, простейших) равно как и ткани, органы и системы, тестирующиеся в организме пациента на фоне предварительной нагрузки, интерпретируются не как реально существующие, но как «значимые» для этого организма факторы.

Концепция «виртуального BPТ» является необходимым дополнением к базовой модели интерпретации результатов BPТ, используемой в тех случаях, когда интерпретации базовой модели заведомо ложны, или неоднозначны (например, «значимость» для пациента тех или иных потенций гомеопатического препарата «арсеник» не может интерпретироваться как его отравление мышьяком).

Однако «слабым звеном» концепции виртуального BPT является трудность определения точного физиологического содержания понятия «значимости» тест – указателя.

В рамках предлагаемой модели интерпретации эта трудность «обходится» следующим образом:

  • одиночный тест – указатель по определению является значимым, если он представляет собой модель терапии – компенсирующей или не компенсирующей, в зависимости от того, вызывает ли он в организме пациента опосредованный или прямой вегетативный резонанс;
  • тест – указатель включенный в РЦ по определению является «значимым», если его можно рассматривать как «сигнал эффективной терапии» или «цену за адаптацию», для предшествующей ему части цепочки, в зависимости от того, стоит ли он на четном или нечетном месте.

Таким образом, физиологическое содержание понятия «значимости» тест – указателя, оказывается определенным через терапевтическую его ценность – возможность его использования в качестве составляющей сигнала терапии.

Такая интерпретация находится в полном соответствии с практикой базовой модели ВРТ- БРТ, в частности, с изготовлением общих и частных БР- препаратов (см. раздел 5).

Выводы

  1. Возможно дать интерпретацию причинно – следственной связи между звеньями резонансной цепочки, не зависящую от дополнительных предположений о взаимодействии входящих в нее тест- указателей.
  2. Общие принципы алгоритма ВРТ- обследования и построения оптимального сигнала терапии пациента, общие для всех известных автору моделей интерпретации РЦ и терапии с их использованием, заложены в расширенной, с учетом приведенной модели интерпретации РЦ, базовой модели ВРТ-БРТ, разработанной Ю.В. Готовским и соавторами.

Литература

  1. Кудаев А.Е., Мхитарян К.Н., Ходарева Н.К. Многоуровневая системная адаптивная диагностика и терапия. – Ростов-на-Дону: Изд-во СКНЦ ВШ ЮФУ АПСН, 2009. – 308 с.
  2. Акаева Т.В. Эффективность хроносемантики и СДА как метода управления организмом пациента на примере клинического исследования // Тезисы и доклады. XII Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». Ч. II. – М.: ИМЕДИС, 2006. -С. 107-114.
  3. Электропунктурный вегетативный резонансный тест: Методические рекомендации №99/96 / Василенко А.М., Готовский Ю.В., Мейзеров Е.Е. Королева Н.А., Каторгин B.C. – М.: Научно- практ. Центр традиц. мед. и гомеопатии М3 РФ, 2000. – 28 с.
  4. Готовский Ю.В., Косарева Л.Б., Махонькина Л.Б., Сазонова И.М., Фролова Л.А. Электропунктурная диагностика и терапия с применением вегетативного резонансного теста «ИМЕДИС-ТЕСТ»: Методические рекомендации. – М.: ИМЕДИС, 1997. – 84 с.
  5. Готовский Ю.В., Косарева Л.Б., Махонькина Л.Б., Фролова Л.А. Электропунктурная диагностика и терапия с применением вегетативного резонансного теста «ИМЕДИС-ТЕСТ»: Методические рекомендации (дополнение). – М.: ИМЕДИС, 1998. – 60 с.
  6. Аванесова Е.Г., Аванесова Т.С., Готовский М.Ю., Бочаров Д.Г. Фундаментальные положения теории профессора Готовского в клиническом аспекте современной медицины // Тезисы и доклады. XIII Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонанс ной терапии». Ч. I.-M.: ИМЕДИС, 2007.  С. 32-48.
  7. Овсепян А.А., Мачанян А.С. Диагностика бесплодия на аппаратно-программном комплексе «ИМЕДИС-ЭКСПЕРТ» // Тезисы и доклады. XI Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». Ч. 1.-M.: ИМЕДИС, 2005. -С. 185-204.
  8. Овсепян А.А., Мачанян А.С. О возможностях методов моделирования для диагностики и лечения артериальной гипертензии при помощи АПК «ИМЕДИС- ЭКСПЕРТ» // Тезисы и доклады 13-ой международной конференции «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». Ч. I.-M.: ИМЕДИС, 2007. – С. 217-241.
  9. Готовский Ю.В., Бобров И.А., Гольцов А.Г., Косарева Л.Б., Мхитарян К.Н. Виртуальное пространство внутренних нозологий организма и его компактность // Там же. – М.: ИМЕДИС, 2005. – С. 291-300.
  10. Готовский М.Ю., Мхитарян К.Н., Стороженко Ю.А. Структурное описание гомеопатической конституции пациента и выявление конституционального препарата с помощью вегетативного резонансного теста // 3-й Российский гомеопатический съезд: Сборник научных трудов (г. Москва, 19-21 октября 2007г.). – М.: Изд-во Федерального научного клиникоэкспериментального центра традиционных методов диагностики и лечения Росздрава, 2007. – 337 с.

К.Н. Мхитарян Резонансные цепочки и их значение в ВРТ-БРТ. Попытка аналитического подхода // XVI Международная конференция “Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии” – М.: “ИМЕДИС”, 2010, т.2-С.179-201

Поделитесь этой новостью: